Апрель 1942 года характеризуется как один из наиболее напряженных месяцев боевых действий на Севере. В этот период войска 14-й армии и Северный флот готовились к наступлению.

Советская авиация была задействована для предварительных ударов по аэродромам противника и on вскрытия его оборонительной полосы фоторазведкой. Для этих целей рано утром 23 апреля три группы бомбардировщиков: шестерка и девятка Пе-2 из 608-го ББАП и восемь СБ из 80-го и 137-го полков в сопровождении 20 истребителей ЛаГГ-3 19-го ГИАП, Р-40 20-го ГИАП и «харрикейнов» 760-го ИАП совершили почти одновременный налет на два германских аэродрома «Хебуктен» и «Луостари».

Пе-2 безнаказанно отбомбились по «Хубуктену» и благополучно вернулись домой, а группу СБ над Луостари встретил интенсивный и точный зенитный огонь. Один СБ из 137-го полка получил повреждения и, недотянув до своего аэродрома, сел на вынужденную в районе Пулозера. Самолет отправили в капитальный ремонт. Истребители противника не успели оказать противодействия ни одной из советских ударных групп.

Через два с половиной часа заявила о себе и авиация противника. Группа бомбардировщиков Ju 87 в сопровождении семи Me 109E из 6-го отряда 5-й эскадры во главе с командиром 2-й группы оберлейтенантом Карганико незамеченной подошла к Мурманску.

Из-за низкой и сплошной 10-балльной облачности группа «юнкерсов» смогла без серьезного воздушного противодействия прицельно отбомбиться по Мурманскому порту. В результате был потоплен плавучий кран и буксир «Строитель».

В это время в воздухе патрулировала пара «харрикейнов» 769-го ИАП ПВО, летчики старший лейтенант Дрозд и младший лейтенант Негуляев. Они обнаружили группу сопровождения и атаковали истре- бители противника, но «Харрикейн» Негуляева сам попал под удар трех Me 109, два из которых зашли ему в хвост. Попав в безвыходное положение, младший лейтенант решился на отчаянный шаг. Передав по радио: «Иду на таран», он ударил «мессер» левой плоскостью,

Немецкий истребитель загорелся и упал на западный берег Кольского залива. Самолет Негуляева потерял управление и тоже рухнул на землю, летчик погиб. А пилот «Мессершмитта» (Bf 109E-7 №1333) успел выпрыгнуть из горящего самолета и приземлился на парашюте в четырех километрах юго-западнее Мурманска.

Им оказался оберфельдфебель Сальвендер из 6-го отряда, имевший на своем боевом счету уже 24 воздушные победы. Бойцы постов ВНОС попытались захватить немца в плен, но тот начал отстреливаться и был убит.

В дальнейшем германское командование посмертно засчитало Сальвендеру якобы сбитый им «Харрикейн», который в действительности погиб при таране.

При возвращении на свой аэродром после бомбометания Мурманского порта группа Me 109, Me 110 и Ju 87 в районе линии фронта встретилась с нашими самолетами. Это были два фоторазведчика СБ из 137-го КСБП, сопровождаемые двумя четверками истребителей - «томагавков» и «харрикейнов» из 20-го ГИАП. Наши истребители вступили в бой с самолетами противника, а пара Bf 110 в свою очередь атаковала и сбила один СБ. В упорном бою второй СБ нашим летчикам все же удалось отстоять, но, к сожалению, очень дорогой ценой: были сбиты три «харрикейна», погибли двое пилотов - старший лейтенант Бут и сержант Чибисов.

Один «Харрикейн» сбил оберфельдфебель Вайссенбергер на «Мессершмитте-110» в районе Титовки, еще один был засчитан пилоту Bf 110 лейтенанту Маулю, два «харрикейна» и один СБ записали на счет унтер-офицеру Мюллеру (таким образом, три сбитых «харрикейна» в немецких отчетах превратились в четыре, но на общем фоне это было не очень большим преувеличением).

Потери противника советской стороной оценивались в шесть сбитых самолетов: три Me 110, один Me 109, и два Ju 87. Однако по немецким данным потери Люфтваффе были гораздо ниже. На вынужденных посадках разбились всего два «мессершмитта»: Bf 109E-7 №6042(50% повреждений, восстановлению не подлежал) и Bf 109E-7 №2049 (40% повреждений, требовал заводского ремонта). Обе машины из 2-й группы 5-й эскадры, вероятнее всего, были подбиты именно в этом воздушном бою.

Через 4,5 часа немцы совершили второй налет на мурманский порт. В 11:25 семь Ju 87, четыре Ju 88 в сопровождении истребителей Bf 109E прошли к губе Ваенга и сквозь разрывы облаков с пикирования сбросили бомбы на корабли, не причинив им никакого ущерба.

Эту группу смогли перехватить четыре флотских «харрикейна» из 2-го ГКАП (Гвардейский Краснознаменный авиаполк). Над облаками они вступили в бой с пятеркой Me 109. Бой для наших летчиков оказался неудачным - немцы сбили два «харрикейна». Сержант Епанов выпрыгнул с парашютом и благополучно приземлился, а у сержанта Семенова парашют не успел раскрыться и летчик погиб.

С немецкой стороны в бою принимали участие «мессершмитты» из 7-го отряда. Один сбитый «Харрикейн» был на счету командира отряда капитана Шпонека, второго сбил будущий ас из того же отряда унтер-офицер Шумахер. Примерно в это же время еще один неудачный бой со второй группой «мессершмиттов» провела четверка «харрикейнов» 768-го ИАП ПВО: погиб сержант Коленцов. Очевидно, именно его сбил унтер-офицер Мюллер, которому после этого боя засчитали два «Харрикейна».

В общем итоге потери советских истребителей в Заполярье за 23 апреля составили семь «харрикейнов», один из которых погиб при таране, а остальные были сбиты в воздушных боях. Бомбардировщики также понесли потери: один СБ погиб в воздушном бою, а второй был подбит зенитной артиллерией и дополнительно поврежден на вынужденной посадке.

За день погибли семь советских пилотов, но и немцы лишились одного из своих лучших асов - фельдфебеля Сальвендера. Их потери матчасти составили три Bf 109E-7.

Но у бывшего унтер-офицера, а ныне фельдфебеля Мюллера 23 апреля выдалось на редкость удачным днем. Ему засчитали пять сбитых самолетов: четыре «харрикейна» и СБ. Как видно из описаний боев, подтверждения можно найти на три или четыре его победы: два-три «Харрикейна» и СБ.

Гораздо успешнее для наших летчиков сложился следующий боевой день - 24 апреля. В тот день погода над Мурманском немного улучшилась: облачность уменьшилась до 5 - 8 баллов на высоте 1000 - 1500 метров. Около 10 часов утра восемь Ju 87 в сопровождении трех Bf 110 и до 15 Bf 109 подошли с северо-запада к Мурманску. По-видимому, первыми их перехватили истребители 14-й армии. В 10 километрах от города на высоте 3500 метров три Р-40 20-го ГИАП (капитаны Громов, Соломонов и старший политрук Селезнев) и восемь «харрикейнов» из 760-го ИАП атаковали 15 Me 109Е. После первой атаки один «Мессершмитт» сильно задымил и ушел вниз. Это наблюдали все участники боя. Остальные «мессершмитты», вероятно, стремясь выполнить основную задачу по прикрытию бомбардировщиков, вышли из боя с набором высоты в облака.

Советские летчики по возвращении заявили об одном сбитом Me 109, а унтер-офицер Мюллер, в свою очередь, записал на свой боевой счет «Харрикейн». В действительности же ни одна из сторон потерь в истребителях в тот день не имела.

Группа Ju 87, по-видимому, опасаясь встречи с нашими истребителями, кое-как отбомбилась в районе Мурманска. 22 бомбы упали в воду, а три - на сушу, не причинив никакого ущерба.

Вызванные по радио на перехват четыре «харрикейна» из 769-го ИАП ПВО (ведущий старший политрук Борисов) и четыре «харрикейна» из 768-го ИАП (ведущий старший политрук Анохин) на высотах 800 - 1200 метров атаковали две группы самолетов противника, воспринятые ими как три Me 110 и 10 Ju 87.

Анохин сбил «Юнкере», точное место падения которого указали посты ВНОС. Второго «лаптежника» сбил лейтенант Бардаш из 768-го ИАП, посты ВНОС также подтверждали это. Остальные бомбардировщики с резким снижением ушли на запад.

Немецкие сводки говорят о двух потерях за 24 апреля: Ju 87 №6234 (повреждения 100%, самолет упал на советской территории, летчик вернулся в часть, стрелок пропал без вести), а также Ju 87 №5680, совершивший вынужденную посадку (25% повреждений).

25 апреля ВВС 14-й армии и Северного флота произвели, пожалуй, самый крупный с начала войны налет на аэродром «Хебуктен». Организован и проведен он был следующим образом. В 07:15 с аэродрома «Кица» поднялись 16 Пе-2 608-го ББАП. В районе Мурманска к ним пристроились для непосредственного сопровождения 15 истребителей: шесть ЛаГГ-3 19-го ГИАП и девять Р-40 20-го ГИАП. В 08:30 12 Пе-2 с высоты 3200--3500 м стали пикировать на аэродром «Хебуктен» и прицельно сбросили бомбы. Вывод из пикирования выполнялся на высоте примерно 1200 м. Подход к цели был выполнен скрытно. Истребители противника не успели оказать противодействие, а зенитный огонь был неэффективным. Оставшиеся на высоте четыре Пе-2 бомбили аэродром с горизонтального полета и одновременно фотографировали результаты удара.

Всего были сброшены 24 бомбы ФАБ-250, 16 ФАБ-100 и 8 ФАБ-50, при этом наблюдались прямые попадания в стоянки самолетов и здания. На аэродроме летчики наблюдали до шести истребителей Me 110, два из которых находились на взлетной полосе.

При уходе от цели фотографирующее звено атаковал одиночный «Мессершмитт-110». Он смог повредить один Пе-2. Пилотом «Мессершмитта» являлся известный ас обер-фельдфебель Теодор Вайссенбергер. После этого боя на его счету появились аж две «пешки», одну из которых он якобы сбил в 08:44, а другую - в 08:49.

Между тем, все бомбардировщики, в том числе и поврежденный, благополучно вернулись на свой аэродром. А вот истребитель Вайссенбергера оказался подбит воздушным стрелком. У него вспыхнул правый двигатель и пилоту пришлось сажать свой Bf 110Е-2 на вынужденную, после чего самолет полностью сгорел («повреждение 100%»).

Налет, в целом, оказался вполне успешным, кроме того, бомбардировщики Пе-2 имели успех и в воздушном бою. Все наши самолеты вернулись на аэродромы базирования, а после расшифровки фотопленок потери противника на аэродроме «Хебуктен» оценили в 15 уничтоженных самолетов. Реальные результаты, правда, были гораздо скромнее. По немецким данным на аэродроме серьезно пострадали только два самолета: Ju 87R и Bf 109Е-7. Погибли 5 человек, еще несколько получили ранения.

Еще один успешный воздушный бой провели летчики 20-го ГИАП вечером этого дня. В 20:37 на отражение налета противника вылетели четыре «томагавка» из 20-го ГИАП, ведущим был капитан Громов. На высоте 4000 метров они встретили «мессершмитты-110», которых атаковала пара капитана Громова и старшего лейтенанта Хлобыстова. Но сверху на эту пару спикировали пять «мессершмиттов-109Е», прикрывавших «стодесятых».

Заметив противника, Громов и Хлобыстов пошли в лобовую атаку. Однако немцы не вступили в бой и, развернувшись, стали уходить. Наши истребители устремились в погоню и капитан Громов открыл огонь по одному из «мессершмиттов» прямо в хвост. Вражеский самолет сильно задымил, но смог со снижением оторваться от преследования и скрыться в облаках. Его засчитали как «предположительно сбитый» и не зря: по немецким данным в этот день разбился Bf 109E-7 №4932 из 3-й группы 5-й истребительной эскадры, получивший фатальные 60% повреждений. Вполне вероятно, что он был подбит Громовым в воздушном бою.

1 2 3 4

Источники

• "Авиамастер." /№1 2006/