Авиация Второй мировой

Home

Бурматов Владимир Александрович

Летчик истребитель

15.07.1921 - 27.10.1986

Бурматов Владимир Александрович Родился 15 июля 1921 года в городе Коврове (ныне админист­ративный центр Ковровского района Владимирской области). Окончил 10 классов. Работал сменным диспетчером на инструментальном заводе имени Киркижа (ныне завод имени В. А. Дегтярёва) и учился летать в Ковровском аэроклубе. С 15 декабря 1940 года служил в Военно-Морском Флоте. Начало войны встретил краснофлотцем батальона связи Управления 8-й БАБР ВВС Балтийского флота. Участник оборонительных действий в Прибалтике и под Ленинградом. В сентябре 1941 года был направлен на лётную подготовку.

В 1942 году окончил лётную школу в городе Саранске (Мордовская АССР). В июне 1942 года сержант В.А. Бурматов получил назначение в 20-й ИАП ВВС ВМФ, который в составе Ударной авиагруппы Ставки ВГК (действовавшей в оперативном подчинении ВВС Волховского фронта), вёл боевые действия на самолетах Як-1. 25 июня 1942 года УАГ СВГК была преобразована в Особую Морскую авиагруппу СВГК, 5 июля 1942 года полк начал перебазироваться на Северный Флот, где продолжил вести боевую работу.

5 ноября 1942 года лейтенант В.А. Бурматов назначен командиром звена в 255-м ИАП ВВС СФ, который действовал в непосредственном подчинении штаба ВВС Северного Флота, а в январе 1943 года был включён в состав 5-й МТАБР (20 июля 1943 года преобразована в 5-ю МТАД) ВВС Северного Флота. В декабре 1943 года старший лейтенант В.А. Бурматов назначен штурманом полка. Летал на уже "Аэрокобре".

К 25 апреля 1944 года штурман 255-го истребительного авиационного полка (5-я минно-торпедная авиационная дивизия, ВВС Северного флота) старший лейтенант В.А. Бурматов совершил 191 боевой вылет, провёл 43 воздушных боя, сбил лично 12 самолётов противника (ещё 6 личных побед записаны предположительно) и 1 в составе пары. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 мая 1944 года удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 3894).

28 июня 1944 года в районе полуострова Рыбачий был сбит зенитным огнём, несколько часов на спасательной шлюпке находился в Баренцевом море, спасён экипажем катера. 24 июля 1944 года направлен на Высшие офицерские курсы ВВС ВМФ. К тому времени совершил 230 боевых вылетов, провёл 51 воздушный бой (число побед не изменилось). 23 марта 1945 года вернулся в полк, который боевой работы уже не вёл (занимался учебно-боевой подготовкой и командирской учёбой личного состава).

После окончания войны продолжал службу в должности командира 1-й эскадрильи 255-го ИАП. В 1952 году окончил командный факультет Военно-Воздушной академии. Служил на различных должностях в ВВС Черноморского Флота. С 25 февраля 1957 года полковник В.А. Бурматов - в отставке. Жил в городе Коврове (Владимирская область). Умер 27 октября 1986 года. Похоронен на Аллее Славы городского Троицко-Никольского кладбища.

Медаль ГСС Награждён орденами: Ленина (31.05.1944), Красного Знамени (03.11.1942, 07.09.1943, 22.12.1943), Отечественной войны 1-й степени (11.03.1985), Красной Звезды (30.12.1956, 23.01.1957); медалями, в том числе "За боевые заслуги" (17.05.1951).

Список известных воздушных побед В.А. Бурматова
Дата Противник Место боя Свой самолет
19.07.1942 1 × Ю-88 севернее Мурманск Як-1
31.12.1942 1 × Ме-109 (предполо­жительно) Ваенга
03.06.1943 1 × ФВ-190 мыс Шарапов "Аэрокобра"
1 × Ме-109 (предполо­жительно)
08.06.1943 1 × ФВ-190 (предполо­жительно) западнее полуостров Средний
23.06.1942 1 × Ме-110 Кибергнес
1 × ФВ-189 (в паре) Бос-фиорд
16.07.1943 1 × Ме-109 остров Хейне-Саари
16.07.1943 1 × Ме-109 (предполо­жительно) западнее полуостров Средний
22.07.1943 1 × Ме-109 северо-западнее Вайтолахти
06.09.1943 1 × Ме-109 мыс Эккере
14.09.1943 1 × ФВ-190 мыс Кибергнес
19.09.1943 1 × Ме-109 Вардэ
20.09.1943 1 × Ме-109 Конгс-фиорд
1 × Ме-110
03.11.1943 1 × ФВ-190 Варангер-фиорд
02.12.1943 1 × Ме-109 аэродром Луостари
13.03.1944 1 × Ме-109 (предполо­жительно) губа Эйна
07.04.1944 1 × Ме-109 (предполо­жительно) Сюльте-фиорд
Всего сбитых самолётов - 12 + 1 (ещё 6 + 0 предположительно); боевых вылетов - 230; воздушных боёв - 51.
Бурматов Владимир Александрович

Лётчики 255-го ИАП ВВС СФ (слева направо): А.Ф. Власов, П.А. Рассадкин, В.А. Бурматов. 1943

Из газеты "Североморский летчик" № 1 от 1.01.1944

МОЙ НОВОГОДНИЙ ПЛАН

Лейтенант В. Бурматов

Пришел новый 1944 год. У советских людей есть хорошее правило: в такие даты, как новым год, не только подводить итоги пройденного, но главное — мобилизовать свои силы на решение новых задач.

Я совершил 170 боевых вылетов. Летал на разведку, на сопровождение ударной авиации, на прикрытие наших караванов и наземных объектов, Провел около 40 воздушных боев, сбив при этом 11 вражеских самолетов. Это мой итог. А задача у меня, как и у всего нашего народа, очень большая—окончательно разбить немецко-фашистских захватчиков. Вот решению, этой задачи и будет посвящена вся моя жизнь в новом 1944 году.

Знаю я, что враг еще силен, и он не уйдет сам с Севера, если его не прогонишь, фашистские самолеты не прекратят поганить наше заполярное небо, если их не сшибешь или не уничтожишь на земле, немецкие корабли будут доходить до портов Северной Норвегии, если не будешь топить их в море. Немцы будут огрызаться, а может попытаются совершить против нас какую-нибудь авантюру. 1944 год будет годом решающих и ожесточенных сражений. Много трудностей нас ждет в этом году. Но я, как и все мои товарищи, переступаю порог его твердо, ибо уверен в нашей победе. В новом году буду работать над тем, чтобы еще лучше было наше взаимодействие с ударной авиацией, чтобы прикрывать ее без единой потери.

Потопленный транспорт, сбитый самолет, уничтоженный гитлеровец — вот моя высшая радость. Постараюсь, чтобы она приходила ко мне почаще. Такой же постоянной радости желаю в 1944 году и всем своим боевым друзьям.

Из материалов газеты "Краснофлотец" № 131 от 3.06.1944 г.

В ВОЗДУХЕ ВЛАДИМИР БУРМАТОВ

Еще юношей Владимир Бурматов мечтал стать морским летчиком. Он поступил в аэроклуб. Это было в Коврове. Юноша проводил все свободные часы около учебного, самолета, и когда клуб выдал ему свидетельство, удостоверяющее его способпость водить самолет, Бурматов стал просить, чтобы его отправили на флот.

Так он стал моряком. Но в мечты его внесли небольшую поправку: юноше-добровольцу предложили стать связистом. Бурматов овладел этой специальностью, но тайком, в свободное время ходил на ближайший аэродром и смотрел, как обучались военные летчики. Небо звало его. В первые дни поймы он видел, как поднимались и уходили на запад тяжелые бомбардировщики, и искренне завидовал тем, кто сидел в этих машинах.

Небо Бурматова. И вот однажды свершилось то, о чем мечтал молодой летчик. Его отправили в авиационное училище. Это была радость, Бурматов быстро восстановил в памяти технику пилотирования. Воздушные стрельбы и стрельбы по воздушным целям уже в школе показывали, что в ряды сталинских соколов пришел достойный воин.

Североморские летчики приветливо встретили Бурматова, когда он пришел на Север.

С первых же дней молодой летчик стал внимательно прислушиваться к разговорам опытных асов. Его интересовали бои Сафонова, Сгибнева, Панина и других мастеров воздушных атак.

Первый воздушный бой, проведенный Бурматовым в паре со старшим лейтенантом Петренко, был безрезультатным, но тем не менее многому научил молодого пилота. Во втором бою Бурматов действовал увереннее и одержал первую победу. Он вспоминает об этом, как о боевом крещении. — Бью, бью его и все мимо. Зло взяло меня! –«Когда же ты, гад, сдохнешь?» — думаю. Подошел вплотную и в упор всыпал очередь. От фашистской машины даже куски полетели. Дернулся «Юкерс» и повалился.

На аэродроме летчики пожимали руку краснофлотцу. В этот же день с Бурматовым говорил генерал и присвоил ему звание сержанта.

С тех пор прошло немного больше года. Владимир Бурматов стал капитаном, провел десятки воздушных боев, сбил тринадцать немецких самолетов.

Припоминается одна из наиболее жарких схваток. Владимир Бурматоа встретился с четверкой «Мессершмиттов» и смело повел свой истребитель на вражеские машины. Он неустанно носился в воздухе, своей дерзостью сбивал с толку гитлеровцев. Немцы нервничали и напрасно форсировали моторы. Бурматов успевал наносить удары налево и направо. Вскоре один «мессер» задымил и поспешил выйти из боя. Но и после этого немцев осталось в три раза больше. Бурматов измучился, закружился.

И тут, в тяжелые минуты боя, он почувствовал, как очередь фашистского самолета прошила мотор.

— Плохо, надо выходить из боя, — мелькнула мысль. Но не так просто было уйти от трех «мессеров». Пришлось схитрить. Бурматов бросил машину в штопор.

Немцы, видимо, решили, что советский самолет сбит и направились домой. У самой земли Бурматов выровнял израненную машину и взял курс на аэродром.

Мастерству Владимира Бурматова может позавидовать каждый летчик-истребитель. Это настоящий воздушный снайпер. Однажды был такой случай. В воздушном бою Бурматов сбил немецкий самолет. Приняв бурматовскую машину, оружейник приготовился пополнить боезапас. Но все пополнение потребовало только три патрона. Владимиру Бурматову в том бою достаточно было всего лишь три выстрела, чтобы сбить фашистский самолет.

В воздушных боях Владимир Бурматов завоевал себе славу советского аса. Правительство высоко оценило боевые заслуги летчика перед Родиной — Бурматову присвоено звание Героя Советского Союза.

СЕВЕРОМОРСКИЙ ЛЕТЧИК 8 июня 1944 г. № 135

КАПИТАН БУРМАТОВ

За образцовое выполнение боевых заданий командования в борьбе с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство присвоить звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда".

... 2. Старшему лейтенанту Бурматову Владимиру Александровичу.

Из Указа Президиума Верховного Совета СССР от 31 мая 1944 г.

1. СЫН МАТРОСА

Незадолго до войны в «Правде» была напечатана фотография с краткой подписью: «Герой Социалистического Труда т. Дегтярев среди молодежи Н-ского завода». В числе комсомольцев, окруживших знаменитого советского оружейника, на фотографии можно различить смущенно улыбающегося юношу, диспетчера одного из заводских цехов Владимира Александровича Бурматова.

Бурматов работал на заводе и учился в ковровском аэроклубе. Отец Владимира, Александр Николаевич, работавший на том же заводе, поощрительно относился к авиационным увлечениям своего любимца, но мечтал, что в будущем его сын все же наденет бескозырку и бушлат русского матроса. — «Семья Бурматовых — матросская семья», — любил повторять Александр Николаевич и вспоминал, как он и четверо его братьев некогда служили на балтике, как плавал он шесть годков на корабле «Слава» и как в мировую войну участвовал он в морских боях с немцами. — «Воздух, конечно, это — пятый океан, — приговаривал старый матрос, — но Бурматовых всегда тянуло в море...».

И в самом дело, обстоятельства сложились так, что прежде, чем стать летчиком, Владимир Бурматов стал краснофлотцем. Отец одобрил решение сына вступить добровольно на флотскую службу и обрадовался, когда Владимира направили на Балтику. Но оба, отец и сын. огорчились, когда краснофлотца Бурматова определили не на корабль и не в морское авиационное училище, а в аэродромный, батальон связи. Володя не плавал и не летал...

Так, краснофлотцем батальона связи, Бурматов встретил войну. Началась война, на глазах Бурматова балтийские летчики уходили на боевые задания, порой над самым аэродромом происходили воздушные бои, и, наблюдая из щели за тем, как наши истребители сбивают немецкие бомбардировщики, Владимир испытывал мучительное чувство зависти.

В конце концов заветная мечта. Владимира Бурматова осуществилась: командование пошло навстречу его желаниям и послало его в училище морских летчиков.

Нетрудно было Бурматову, в свое время отлично окончившему аэроклуб, освоить боевую машину, и сын старого матроса стал летчиком-моряком.

Как только младший пилот истребительной части краснофлотец Бурматов получил боевую машину и перелетел на ней в Заполярье, он вместе с другими товарищами, прибывшими на североморский аэродром, «с марша» был направлен на выполнение боевых заданий.

Как бы незначителен ни был боевой опыт молодого летчика, он жаждал боя, и упорное стремление уничтожать врага позволило ему одержать победу уже во втором своем воздушном бою. Он сбил «Юнкерс-88»!

Вскоре после этого Бурматову было присвоено звание сержанта.

2. ДРУЖБА ВОИНОВ

Дружба сержанта Бурматова с младшим лейтенантом Рассадкиным возникла сразу же после того, как оба летчика оказались в одном подразделении, в прославленной эскадрильи капитана Харламова. В то время младший лейтенант Рассадкин своего боевого счета еще не открыл, а за перешедшим из другой части сержантом Бурматовым уже числился сбитый «Юнкерс», и орден Красного Знамени говорил об его заслугах. Вскоре выяснилось, что Бурматов и Рассадкии — ровесники и чуть ли не земляки, что интересы обоих абсолютно совпадают, вернее, что у них нет иных интересов, кроме жгучего желания бить немцев, — все это послужило прочной основой для быстро завязавшейся и окрепнувшей дружбы.

«Сержант Бурматов очень скоро стал моим ближайшим другом, — вспоминает Герой Советского Союза капитан Рассадкин, — и я был очень доволен, что достоинства скромного на земле и необычайно смелого в воздухе Владимира быстро оценил наш командир капитан Харламов. Присмотревшись к Бурматову в первых же боях, он взял его к себе в пару.

К концу 1942 года характер воздушной войны в Заполярья изменился: немцы теперь все реже и реже позволяли себе заглядывать в сторону наших баз и аэродромов: наши истребители сбили с них недавнюю спесь. По несколько уничтоженных самолетов имелось уже и у Бурматова, и у ряда других летчиков нашей эскадрильи, в том числе и у меня. Но чем лучше научались мы истреблять врага, тем больше врагов хотелось нам истребить.

В один и тот же день Бурматов и я вступили в партию и, получая партийные билеты, поклялись друг другу драться, как подобает коммунистам. Командование вскоре поставило перед нами новые задачи».

Бурматов и Рассадкин, как и все летчики Харламова, стали истребителями сопровождения, истребителями открытого моря.

3. ЭТОМУ УЧИЛ ПАНИН

На письменном столе Героя Советского Союза капитана Бурматова стоит большой портрет Героя Советского Союза майора Павла Алексеевича Панина. Приподнятое вверх лицо, косматая бровь, прищуренный глаз, вглядывающийся вдаль...

Бурматов долго смотрит на портрет, запечатлевший облик дорогого ему человека, и вспоминает, как майор вручал ему офицерские погоны с первой звездочкой младшего лейтенанта, как водил его майор в дальние походы над открытым морем. — Я уверен, что вы оправдаете звание офицера, — сказал ему майор.

... Летчики, готовившиеся к выполнению новых задач на морских коммуникациях противника, получили новые самолеты-истребители. Машины были доставлены на аэродром, а три дня спустя в них уже дежурили Панин и Попов, Харламов и Бурматов. На следующий день эта четверка вылетела на задание и, выдержав бой с четырежды превосходящим по числу противником, сбила пять вражеских самолетов. Одну из пяти фашистских машин сбил Бурматов и еще одной нанес тяжелые повреждения.

Истребители стали работать над морем, вдалеке от своих берегов.

Хотя Бурматов и был морским летчиком и с гордостью носил форму морского офицера, хотя он, подымаясь в воздух, всегда видел не только землю, но и море, но лишь теперь он ощутил себя в полном смысле летчиком-моряком.

К этому трудно сразу привыкнуть истребителю — родная земля остается позади, теряется в дымке, и никак не удается забыть о том, что, сопровождая торпедоносцев на своей любящей высоту скоростной машине, он должен приноровить скорость легкого истребительного самолета к скорости тяжелого торпедоносца, подчинить свою высоту высоте прикрываемых летчиков. Ты щит, а не меч. Не числом сбитых вражеских самолетов исчисляется твоя доблесть, а тем, что сопровождаемые тобой самолеты возвращаются без потерь.

Этой высокой и благородной науке сопровождения учил Владимира Бурматова Герой Советского Союза майор Панин. И она вошла в плоть и кровь, стала законом боевого поведения офицера-большевика, ныне Героя Советского Союза капитана Бурматова.

Вот что рассказывает Бурматов о своем первом вылете на сопровождение, когда он в составе шестерки под командованием майора Панина прикрывал торпедоносцев в открытом море.

— Недалеко от цели мы заметили 20 неприятельских самолетов. Ведущий группы сразу же сообщил нам, что вся шестерка будет в непосредственном прикрытии.

В подобном бою я участвовал впервые. Чувство ограниченности действий и связанности сразу же овладело мною. Порой так и хотелось дать горку, завоевать преимущество в высоте и оттуда атаковать фашистов. Однако я хорошо помнил указания, которые мне давали майор Панин и ведущий моей пары Харламов. Отрываться от торпедоносцев нельзя было ни на метр. Бой становился все яростнее. Немцы пытались атаковать со всех сторон. Но, держась всей шестеркой около прикрываемых самолетов, мы раз за разом отбивали атаки. Попытки истребителей противника оторвать нас от группы торпедоносцев и сбить их с боевого курса не удались...

И только, когда враг был измотан, Харламов и Бурматов получили разрешение выйти вверх, чтобы оттуда наносить удары. По одному «стодевятому» свалили - Харламов и Бурматов, но в тот день Бурматов увидел нечто значительно большее, чем сбитый им «Мессершмитт»: он увидел, как взрываются и тонут торпедированные немецкие транспорты и корабли.

Тяжело груженый транспорт, объятый пламенем и дымом, погружался в воду, и Бурматов почувствовал себя участником большой морской победы, одержанной нашей авиацией. Отчетливее, чем когда-либо раньше, понял Бурматов глубокий смысл панинских наставлений.

Все ожесточеннее становились бои на коммуникациях, и, уходя в новые операции, торпедоносцы и штурмовики знали, что нет у них надежнее щита, чем четверка панинцев: Харламов — Бурматов, Попов — Рассадкин.

4. МАСТЕР СОПРОВОЖДЕНИЯ

На личный счет Владимира Бурматова к сегодняшнему дню записано 12 фашистских самолетов. Десять из них истреблено над морем. В одном лишь сентябре Бурматов сбил пять немецких машин, причем две — в одном и том же бою, в котором он израсходовал менее трети своего боезапаса.

Но не только этими цифрами измеряется умение и отвага истребителя-моряка Владимира Бурматова. Не десять, а десятки «Мессершмиттов» и «Фокке-Вульфов» отогнал огонь его пушек и пулеметов от торпедоносцев и штурмовиков, успех десятков операций на вражеских коммуникациях обеспечил Бурматов и его товарищи.

Бурматов подсчитал, сколько раз он ходил с торпедоносцами и штурмовиками в дальние походы над Баренцевым морем.

— Пятьдесят взлетов на сопровождение, — подытожил он.

Эти пятьдесят вылетов вошли неотъемлемой частью в арсенал того боевого опыта, на основе которого складывалась и совершенствовалась тактика наших истребителей сопровождения. — «Когда я впервые вылетел на сопровождение торпедоносцев, я еще многого не понимал, многого не видел», — пишет в одной из своих статей В. Бурматов. Недолгие сроки прошли с тех пор, и недавно генерал-полковник авиации Жаворонков назвал Бурматова «мастером сопровождения».

Панинское бесстрашие и высокую мораль воина-коммуниста личным примером прививает Бурматов своим однополчанам, и избрание его в члены партийного бюро части лучшее подтверждение авторитетности Бурматова, как бесстрашного летчика-большевика.

Когда полку вручали боевое знамя, офицер Бурматов принял полковую святыню из рук командира: не он ли, Бурматов высоко держал и держит знамя полка в каждом бою?!

В день, когда полк, в котором служит Бурматов, был награжден орденом Красного Знамени, один из лучших летчиков-торпедоносцев гвардии старший лейтенант Францев, поздравляя Бурматова и Рассадкина, писал:

«Каждая боевая победа торпедоносцев является также и победой истребителей, которые бесстрашно и умело прикрывают нас, расчищая путь к фашистским караванам. Легко идешь в атаку, когда видишь, что рядом свои «ястребки». Мы знаем, что Рассадкин, Бурматов и их товарищи нас в обиду не дадут».

И это поздравление было особенно дорого Бурматову, потому что он знал, какая мужественная рука его написала.

Бурматов говорит: — Когда дерешься с самолетами противника, пытающимися помешать атакам торпедоносцев, то как бы ты ни был поглощен боем, краешкем глаза ты следишь за ходом торпедной атаки, восхищаешься стальной выдержкой гвардейцев. Какие бы особые трудности ни представлял полет на сопровождение, мы знаем тех, кого мы сопровождаем, мы знаем, какие это золотые люди, какие они герои, и за жизнь каждого из них мы готовы отдать свою жизнь.

5. ДВА ДРУГА ДВА ГЕРОЯ

По прежнему в одной землянке живут два друга Владимир Бурматов и Петр Рассадкин. Бурматову, как штурману части, давно полагалось бы переехать на жительство в другую землянку, но ему неохота оставлять своего побратима.

— Мы не только братья с Бурматовым, — шутит Рассадкин, — но и близнецы: мы родились в одном, 1921 году, в одном месяце — июле. В один и тот же день мы вступили в партию. Оба мы капитаны. У каждого из нас по дюжине сбитых самолетов, по три ордена и по одной медали.

На днях, к вечеру, в землянке зазвонил телефон. Рассадкин взял трубку.

Говорили из политотдела:

— Поздравляем вас со званием...

— Каким? — удивился Рассадкин, сравнительно недавно произведенный в капитаны.

— Вы—Герой Советского Союза. Рассадкнн растерялся.

— Как я? А Бурматов?

— И Бурматов тоже. Вы оба — Герои Советского Союза.

Друзья обмялись.

— Я ведь говорил, — шепнул Рассадкин, — мы не только братья, но и близнецы...

C. ВАРШАВСКИЙ, Б. РЕСТ.


Ваше имя (Nick):
Ваш e-mail:
Введите число 5146563:
Ваш пост:

Источники

  • Из материалов газет ВОВ
  • Все асы Сталина 1936-1953 /Михаил Быков/