Родился 6 августа 1919 года в селе Медвежье (ныне Краснозоренский район Орловской области). С 1934 года жил в Москве, окончил 7 классов школы. В 1935-1936 гг. работал слесарем на строительстве метро, в 1936-1937 гг. - слесарем на автомобильном заводе имени И. В. Сталина, в 1938-1939 гг. - слесарем на Московском лакокрасочном заводе. В 1937 году окончил Центральный аэроклуб (в Тушино). С сентября 1939 года в рядах Красной Армии, призван Краснозоренским РВК. До января 1940 года обучался в Борисоглебской военной авиационной школе пилотов. В 1940 году окончил Серпуховскую военную авиационную школу лётчиков, в 1941 году - Конотопскую школу высшего пилотажа и воздушного боя. Служил лётчиком в ВВС Западного военного округа.

С июля 1941 года старшина К.А. Новиков в действующей армии: в составе 423-го ИАП (ВВС Западного фронта), летал на И-16. 18 августа 1941 года был тяжело ранен в грудь и лицо, около 3-х месяцев находился в госпитале. С ноября 1941 года - лётчик 805-го ИАП, летал на ЛаГГ-3. С сентября 1942 года - лётчик 862-го ИАП, летал на Як-1. Сражался на Северо-Кавказском и Закавказском фронтах. В сентябре 1942 года направлен в 131-й ИАП (8 февраля 1943 года преобразован в 40-й Гвардейский ИАП). Летал на ЛаГГ-3, Ла-5 и Ла-7. Сражался на Северо-Кавказском, Воронежском и 1-м Украинском фронтах.

К февралю 1943 года старший лётчик 40-го Гвардейского истребительного авиационного полка (217-я истребительная авиационная дивизия, 4-я Воздушная армия, Северо-Кавказский фронт) Гвардии младший лейтенант К.А. Новиков совершил около 200 боевых вылетов, в воздушных боях сбил лично 10 и в составе группы 6 самолётов противника (согласно данных наградного листа). Указом Президиума Верховного Совета СССР от 1 мая 1943 года удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 1064).

К 9 мая 1945 года заместитель командира, он же штурман эскадрильи 40-го Гвардейского истребительного авиационного полка (8-я Гвардейская истребительная авиационная дивизия, 5-й истребительный авиационный корпус, 1-й Украинский фронт) Гвардии капитан К.А. Новиков совершил 468 боевых вылетов, в 98 воздушных боях сбил лично 28 и в составе группы 5 самолётов противника.

После окончания войны продолжал командовать эскадрильей. С 21 августа 1945 года Гвардии капитан К.А. Новиков - в запасе. В 1945-1947 гг. работал лётчиком-испытателем Лётно-Исследовательского Института (город Жуковский Московской области), в 1948-1949 гг. - лётчик транспортного отряда авиационного завода № 64 (город Воронеж). В 1950-1952 гг. работал лётчиком в Игарской авиационной группе Полярной авиации, в 1952-1953 гг. - лётчиком на Норильском комбинате. В 1953-1954 гг. - молотобоец Колбинского леспромхоза (Манский район Красноярского края). С марта 1954 года работал грузчиком в Москве. Умер 9 января 1958 года, похоронен на Пятницком кладбище.

Награждён орденами: Ленина (01.05.1943), Красного Знамени (19.10.1942, 22.07.1943, 12.05.1945), Александра Невского (23.02.1944), Отечественной войны 1-й степени (10.06.1943); медалями.

24 вражеских самолета уничтожил в воздушных схватках гвардии лейтенант Константин Новиков. Бывший слесарь московского автозавода им. Сталина Константин Афанасьевич Новиков стал за время войны опытным боевым лётчиком, стремительно и дерзко атакующим врага и всегда неизменно одерживающий победу. 10 самолетов он сбил лично и 4- в группе с товарищами по части. Один немецкий самолет Константин Новиков сбросил на землю смелым тараном.

Гвардии лейтенант Новиков сражается сейчас на Белгородском направлении. Отважному истребителю присвоено звание Героя Советского Союза.

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ

Земля дрожала от гула орудий. Где-то недалеко полыхало зарево и над зелёным лугом подымался столб дыма. На околицу высыпало всё село. Женщины, подняв головы кверху, с волнением следили, как пара советских истребителей врезалась в строй немецких бомбардировщиков. Искусно маневрируя, истребители сверху клевали свои жертвы. Радостный крик разнёсся над полем, когда близ села упали наземь два немецких самолёта.

Колхозницы не видели лица летчика, сбившего два «Юнкерса». И всё же каким-то непостижимым образом — то ли по лихому манёвру, то ли по тому, как легко бросал из стороны в сторону свою машину человек в поднебесье, — с земли угадывали безошибочно: Новиков сбил.

Вечером, когда лётчики вернулись с аэродрома в деревню, они узнали, что состоялся сельский сход и колхозники в честь победы героя внесли 50 тысяч рублей в фонд обороны страны.

По соколиной удали в воздухе Новикова узнают многие. Его узнают не только, бывалые лётчики, но и пехотинцы, рядовые и офицеры переднего края. Он их охраняет с воздуха, они по-особому испытывают чувство безопасности, когда узнают, что над ними Новиков. Мы слышали, как бойцы противотанковых расчётов, наблюдая за воздушным боем» говорили: «С этим немцу не сладить. Кишка тонка! Новиков, брат, спуску, не даст». Бойцы видели, как легко, почти отвесно, взмывал ввысь «Лавочкин-5», чтобы через секунду ловким переворотом перейти в пике, молниеносно атаковать «Мессершмитта» и снова оказаться выше его.

Новикова знают и любят наши бойцы. Его знают и ненавидят наши враги: встречаясь с ним в воздухе, они мгновенно определяют повадку аса и спешно ретируются. Его нельзя не узнать —- настолько выразительна его манера боя, настолько характерен его авиационный «почерк».

О нём говорят: у Новикова душа истребителя. Действительно, он принадлежит к числу лётчиков, которых трудно представить вне воздушного боя. Мечта о полетах на истребителе владела им еще в детские годы. Быть может, здесь сказалась привитая с детства любовь к острым ощущениям — Новиков был когда-то воздушным цирковым акробатом.

Ему ещё не было 18 лет, а он уже стучался в дверь аэроклуба. Вскоре после окончания аэроклуба его приняли в школу инструкторов. Но он рвался в военную школу истребителей. Неожиданно возникло препятствие: слабое здоровье. Новиков уехал в деревню с одной лишь целью — поправить здоровье, чтобы добиться от врачей долгожданного ответа: годен! Юноша уже был близок к цели. Его фамилия значилась среди первых кандидатов в военную школу истребительной авиация. Однако в последний момент подвело ухарство. В аэроклубе он как-то поспорил с ребятами. Они утверждали, что на «У-2» на высоте 100 метров никак нельзя сделать петлю. Новиков доказал, что можно. ЛЮДИ стоявшие на поле, ахнули от ужаса, когда над их головами «У-2» прочертил в воздухе петлю. К посадочной площадке уже мчалась санитарная машина, а лётчик на малой высоте все еще продолжал демонстрировать фигуры высшего пилотажа. В тот же день его отчислили из школы инструкторов аэроклуба, а в школе истребителей сказали, что примут его уже не в первую, а в третью очередь.

И всё же упорное желанно исполнилось — Новиков пришел в семью лётчиков-истребителей. Он принес о собой неукротимую удаль воздушного бойца и врожденный талант лётчика.

Но в первые же дни войны (она застала его на западной границе) НОВИКОВ Понял, что одной удалью врага не победить. Можно сколько угодно делать петли на высоте 100 метров, можно крутиться в поднебесье, как под куполом цирка, но, чтобы победить врага, нужно ещё уметь драться.

Новикову боевая грамота далась дорогой ценой. Он прошел испытания июля 1941 и 1942 годов, чтобы в июле 1943 познать эту грамоту. Следы тяжёлого ранения еще и сейчас сохранились на его лице. Но зато теперь он хозяин боя, и все законы этого боя им изведаны. Теперь в поединке с немцем он мастерски добивается преимущества в высоте. В те критические секунды, когда два самолёта устремляются ввысь, советский ас умеет взять от своей машины всё, что она может дать. И эти мгновения доставляют лётчику высшее наслаждение. Он любят подраться с противником равной ему силы. Он узнаёт его так же легко, как немец узнаёт в лейтенанте Новикове русского аса. Впрочем, лётчик любит иной раз пустить в ход свой излюбленный приём — изобразить новичка.

Как-то в паре с Сиговым, Новиков встретился с двумя немецкими асами. К хвосту машины лейтенанта словно присосался один из «Мессершмиттов». Тогда Новиков представил собой начинающего пилота.

Он сделал переворот и перешёл в отвесное пике. Немец — за ним. Вражеская пулемётная очередь прошлась по правой плоскости. Вот уже двадцать метров отделяют два самолёта. Немец открыл огонь, но в это самое мгновенье русский ас исполнил свой коронный номер. Как выражается НОВИКОВ, он дал энергично ногу «на скорость», машина перед глазами немца резко отвернула влево, и «Мессершмитт» на большой скорости проскочил вперёд.

Теперь противники обменялись ролями.

Новиков сверху пикировал на немца. Огонь с короткой дистанции — и «Месершмитт» врезался в землю. На груди убитого лётчика были найдены три железных креста и удостоверение об окончании высшей берлинской школы асов.

В этом поединке — весь Новиков, со всеми присущими ему, советскому асу чертами; дерзостью и хитростью, горячим темпераментом храбреца и трезвым, холодным расчётом мастера воздушного боя. Новиков—мастер и в поединке и в групповом бою. Его пара всегда служит примером искусного взаимодействия в группе. Ему часто отводят место наверху, над всей группой: в минуту, когда напряжение боя достигает своего апогея. Новиков сверху молнией обрушивается на врага. Так он действовал в дни самых жарких воздушных боёв на Белгородском направлении. И каждая его атака сверху была атакой наверняка.

— Победа за тех, кто выше. Это железный закон. Случайностей здесь быть не может. Это не фраза. Кто-то подсчитал, что у Новикова на каждые два воздушных боя в среднем приходится один сбитый немецкий самолёт (60 воздушных боёв и 24 сбитых самолёта —19 лично и 5 в группе). Когда слушаешь историю этих 24 побед, то кажется, что перед тобой представитель точной науки. Всё рассчитано, обосновано, построено на сочетания прицельного огня и искусного маневра. И даже, когда Новиков таранил «раму» на Северном Кавказе (она корректировала огонь немцев по нашим войскам), он остался верен своей холодной расчётливости. Она его не подвела.

... В дни прошлогодних суровых боёв на Кавказе Новикова принимали кандидатом в члены партии. Получая кандидатскую карточку, он сказал: «Я сделаю всё для того, чтобы партийный билет получить Героем Советского Союза».

Прошёл год. Настал июль 1943 гола. В памятный летчикам-гвардейцам первый день немецкого наступления на Белгородском направлении над передним краем с рассвета до темна шли воздушные бои. Хозяевами неба остались советские истребители. Вечером герою этого дня лейтенанту Новикову вручали партийный билет. Лейтенант вспомнил о своем прошлогоднем обязательстве. Он выполнил его. Партийный билет получал Герой Советского Союза гвардии лейтенант Новиков. На фюзеляже его самолёта, украшенного 19 звёздами, в лучах солнца переливается золотистая звезда, увенчанная лавровой ветвью. Это эмблема славы, символ военной зрелости и мастерства аса Новикова.

Л. ПЕРОВ

ОТ СПЕЦИАЛЬНОГО КОРРЕСПОНДЕНТА ("ИЗВЕСТИЙ")

— Летчик-истребитель всегда жаждет боя, — сказал Константин Новиков.

Новиков сам был лётчиком-истребителем, командиром прославленной эскадрильи, и на его гимнастерке повыше других орденов сияла «Золотая Звезда».

Он провел сто воздушных боёв, лично сбил 27 самолётов противника. Наши радисты на переднем крае не раз перехватывали сигналы немецкой станции, предупреждавшие: «Внимание.! В воздуха советский асс Новиков!»

Немцы узнавали Новикова по его летному «почерку», по манере вести свою машину.

Случай свел меня с Новиковым в полевом госпитале. Наши койки стояли рядом в одной палате. Тут провели мы несколько дней я вдоволь наговорились о трудной профессии истребителя.

Новикову недавно исполнилось 25 лет. Ростом он невысок, худощав, но крепок. Загорелое лицо его все в шрамах. Но шрамы не обезображивают смелого юношеского лица летчика с дерзкими, живыми глазами, с нервным, подвижным ртом.

Характер у Новикова упрямый, настойчивый. Задумает — сделает. Еще мальчишкой он вдруг решил, что будет акробатом. Раз тридцать падал с трапеции, но стал воздушным гимнастом и даже выступал в цирке. Потом задумал работать слесарем. Поступил на Московский завод имени Сталина, кое-как сделал первую пробу, а через три месяца считался уже хорошим работником.

— Учился, как проклятый, — говорит он. — Ни времени, ни сил не жалел. Очень хотелось работать не хуже других.

Юношей записался в гражданский аэроклуб, потом окончил летную школу.

Когда началась война и молодых летчиков стали распределять по частям, Новиков попросился в истребительный полк. Самолет, который ему дали, был известен летчику только по описаниям. Он сел в незнакомую машину и поднялся в воздух. Потом он привык и начал летать не хуже опытных истребителей.

В 1941 году под Ельней Новиков сбил первый вражеский самолет и, вернувшись на аэродром, поздравил себя: «Начало положено. Бей, Костя, немцев и в хвост, и в гриву!»

В 1942 году во время боев на Кубани, когда враг рвался к Кавказу, немецкое командование бросило для поддержки своих наземных войск 52-го воздушную эскадру. В нее входили только летчики-мастера, награжденные орденами. Новиков получил назначение в советский истребительный полк, действовавший на Кубани.

Над пыльной, изрытой снарядами степью Новиков дрался с немецкими ассами. Ему случалось одному вести бой против четырех или пяти вражеских истребителей. Самолет его весь был в пробоинах. Новиков прилетал на аэродром с лицом, залитым кровью. Доктора извлекали осколки немецких снарядов из его тела. Перевязанный, он опять садился в самолет и летел драться. Число звездочек на его машине, обозначавших количество сбитых вражеских самолетов, возрастало. Фамилия Новикова становилась популярной. Летчики говорили, что у этого истребителя своя манера атаки, что он—мастер неожиданных боевых разворотов.

Весною прошлого года истребительный полк в котором служил Новиков, прибыл под Обоянь. Кто был тогда на Курской дуге, тот не забудет картины наземных и воздушных боев. Небо темнело от огромной массы собравшихся в нём самолетов. Ни днём, ни ночью не умолкал грохот бомбардировки.

Вспоминается такой случай. Был праздничный день. Ярко сияло солнце. Несмотря на близость фронта, жизнь в Обояни била ключом. На улицах города собирались взрослые, играли дети. Но вот в небе показались три «Юнкерса». Немецкие бомбардировщики шли в сопровождении нескольких «Мессерштмиттов». Завыла сирена. Жители бросились в укрытия.

Вдруг появился «Яковлев». Истребитель смело пошел в атаку и сбил вражеский самолет. Задымившийся «Юнкерс» стал падать, а «ястребок» атаковал уже другого. И второй немецкий самолет грохнулся возле города. «Ястребку» на помощь поднялся еще один истребитель, и от двух наших самолетов поспешно удрали уцелевшие вражеские машины.

С земли все видели смелую атаку советского истребителя и гибель двух немецких воздушных пиратов. Жители ликовали, размахивали платками, хлопали в ладоши и просили показать им смелого летчика,

И вот в Обояни появился Новиков, улыбающийся, смущенный, в кожаном шлеме, в гимнастерке, на которой сияли ордена. Его бросились обнимать и целовать, чуть не на руках носили. Вскоре после этого Новиков получил звание Героя Советского Союза, был назначен командиром эскадрильи истребителей. Он дрался под Харьковом и Киевом, под Житомиром и Тернополем, воевал все прошлое лето и зиму. Весною несчастный случай привел его в госпиталь. Новиков хотел помочь пилоту завести мотор, и пропеллером ему перебило левую руку. Сейчас переломанная кость срастается, и летчик надеется, что скоро снова будет летать.

... Ночью нам не спалось. В палате пахло черемухой. Новиков заговорил о жажде боя, которая всегда живет в душе истребителя. Развивая эту мысль, он сказал:

— Настоящему лётчику-истребителю всегда хочется подняться, встретить врага и сразить его. Я хочу драться, как человек в сухой степи хочет пить. Он идет и думает: «Где я встречу колодец?» А я живу и думаю: «Где я встречу вражеский самолет и как подожгу его?» Бой ради боя не в характере русского человека. Мы по природе своей миролюбивы. Но если рассердить нас, то в гневе своем мы становимся страшны. Немцы зажгли нашу ненависть своим вторжением, своими зверствами. И я нас вспыхнула жажда боя...

Он привстал на постели, и белая, в гипсе, рука его, как при клятве, протянулась вперед. Озаренное луною лицо стало прекрасным, горячо сверкали глаза.

— Ведь я живу не только в небе, — продолжал Новиков. — Я хожу по земле. И всюду, от Кубани до предгорий Карпат, я видел могилы и пепел, я видел страдания и слезы родных мне людей. А эти шрамы? — Правой рукой он провел по лицу.— Кто виноват? Немцы! Садясь в самолет, я чувствую, как гнев, не только мой, но и миллионов людей, закипает во мне...

С минуту он помолчал и добавил:

— Мне всего двадцать пять лот. В такую ночь хочется шептать на ухо любимой девушке слова признания, танцевать на площадке парка, освещенной разноцветными фонариками. А мои орлята из эскадрильи, мои ровесники, спят сейчас в землянке полевого аэродрома... Завтра утром они ринутся в бой. И я хочу в бой. Мы будем воевать до тех пор, пока окончательно победим врага, разобьем его во имя любви к родине, во имя жизни... Недавно мне одному довелось драться с восьмеркой немецких самолетов. И я дрался, не думая о том, что их восемь и они могут подбить меня. Я понимал, что обязан их истребить, и шел в атаку...

Новиков замолчал, откинулся на подушку и заметил совсем другим тоном, с усмешкой:

— Ну, вот, целую речь произнес! А ведь это не в характере истребителя... Поздно. Будем спать.

Луна заглядывала в окно. Я думал над словами лётчика и вспоминал танкистов, которых видел недавно после трудного боя в предгорьях Карпат. Вспоминал солдат саперного батальона, наводивших переправу на Серете, автоматчиков, штурмовавших Тернополь. Повсюду жажда боя, стремление поскорее одолеть врага, прогнать его с родной, земли обуревают наших воинов.

В. ПОЛТОРАЦКИЙ.

ДЕЙСТВУЮЩАЯ АРМИЯ. 18 мая.

Когда Константин Новиков впервые протаранил «Фокке-Вульф», боевые друзья назвали его ассом*. Но и до этого боя молодой летчик уже успел сбить немало фашистских самолетов.

Недавно Герой Советского Союза прислал письмо коллективу родного завода:

«За период Отечественной войны я сделал 400 боевых вылетов и провел 100 воздушных боев. 29 самолетов сбил лично и 9 — вместе с друзьями-летчиками, Таранил самолет противника «Фокке-Вулъф-189». Не раз штурмовал войска противника, его железнодорожные эшелоны и автоколонны. После этих штурмовок много немцев нашло себе могилу на нашей земле».

Коллектив автозавода имени Сталина воспитал много героев. Бывший токарь — ныне Герой Советского Союза гвардии майор А. Павлов вместе со своими друзьями, Героями Советского Союза Семенцовским, Шлеповым и Куманичкиным сбил 75 самолетов противника.

Замечательный мастер воздушного боя Герои Советского Союза А. Курзенков до войны также был рабочим автозавода. Звание Героя Советского Союза присвоено и воспитаннику славного коллектива гвардии капитану Б. Рискину. На его счету — 19 сбитых немецких самолетов.

Подсобным рабочим поступил на завод И. Раевский. За десять лет он прошел путь от автоматчика, наладчика до мастера. С первых дней войны он на фронте. За форсирование Днепра ему присвоено звание Героя Советского Союза.

Но самая крепкая дружба у автозаводцев с комсомольцем Новиковым. Юного слесаря многие помнят задорным, веселым парнем — курсантом аэроклуба.

Однажды еще в аэроклубе он сделал «мертвую петлю» на высоте 100 метров. Летал он тогда на учебной машине «У-2». Теперь Константин Новиков в совершенстве владеет мастерством высшего пилотажа. Сколько раз он ни сталкивался с численно превосходящим врагом, всегда выходил победителем. Однажды автозаводец сбил гитлеровского летчика, награжденного тремя «железными крестами», в карманах куртки которого было обнаружено свидетельство об окончании высшей берлинской школы ассов.

Над одним селом разгорелся жаркий бой. Новиков врезался в строй «Юнкерсов» и, сбив три из них, обратил остальных в бегство. Крестьяне, наблюдавшие этот подвиг советского богатыря, тут же постановили внести 50 тысяч рублей в фонд обороны.

Три с половиной года прошло с тех пор, как бывший рабочий цеха сборки и испытаний автомобилей Новиков, получив боевой самолет, сделал круг над родным автозаводом и, приветственно помахав крыльями, улетел на фронт.

Герой Советского Союза гвардии капитан Новиков — кавалер ордена Ленина, двух орденов Красного Знамени н ордена Отечественной войны 1-й степени.

* * *

Носить имя героя стало высокой честью для молодёжных бригад автозавода. «Недавно я прочитал в «Комсомольской правде», — пишет Новиков, — о трудовых успехах бригады Павла Чиркова, которая носит мое имя. Я тронут заботой и вниманием родного коллектива. От всей души благодарю вас, дорогие товарищи комсомольцы и рабочие автозавода!».

Своё письмо отважный летчик адресовал так: «Коллективу, воспитавшему меня».

С. Александров.

* Прим админ. "Ас" ("as" по-французски - карточный туз), которым стали обозначать лучших лётчиков. Сначала, весной 1916 года, это произошло во Франции, но очень быстро ёмкое словечко подхватили союзники - Англия, Италия, США, а после окончания войны термин стал общепринятым. В отечественной литературе и прессе термин "асс" (первое время писали именно так, с двумя "с"). В современной литературе этих самых в кавычках фашистских ассов чаще называют экспертами.

Источники

• Из материалов газеты «Известия»
• Из материалов газеты «Вечерняя Москва»
• Из материалов газеты «Сталинский сокол»
• Все асы Сталина 1936-1953 /Михаил Быков/